Пещерный день рождения

Посвящается Аспирину, который нас не нашел.

День рождения и Новый год - это такие праздники, которые со временем становятся все стереотипнее и тем неинтереснее, то есть исчезает само ощущение какой-то сказки или праздника: каждый год в одно и то же время повторяется уже давно избитый сценарий. И слава Богу, что хоть иногда есть возможность сойти с этой скучной, накатанной дороги и провести один из этих дней как-то необычно. Таким днем стало мое 22-летие.

Накануне, ближе к вечеру, отметив на работе приближающийся праздник небольшим количеством шампанского, я отправилась за пещерным провиантом и налобным фонариком, так как уже через несколько часов мне предстояло отправиться под землю. Заглянув, по совету Караваныча, в специализированный туристический магазин, я попросила миловидного продавца показать мне фонарик, который меня интересовал. Продавец почему-то мне очень обрадовался и начал на все лады объяснять устройство этого "сложного" механизма. Находясь в приподнятом настроении и мало чего соображая, первые 5 минут я пыталась сделать умное лицо и понять, что же говорит продавец, отчаянно размахивая руками. В конце концов я поняла, что мне это не удастся, и, кладя фонарик в сумку, посоветовала молодому человеку написать инструкцию по технике безопасности и правилам пользования данным прибором. Тут мое внимание привлек уголок с кучей веселых спортивных шапочек. Вспомнив, как в прошлый раз Караваныч в пещерах издевался над моей шапкой, обозвав меня Дядюшкой Ау из мультика, я, к великой радости продавца, решительным шагом направилась к шапкам, представленным к продаже, с явным намерением приобрести одну из них.

И вот шоу началось. Имея относительно презентабельный вид, я одну за одной примеряла спортивные шапочки и кепи альтернативных расцветок. Представляю, как все это выглядело со стороны, потому что, обернувшись к продавцу, я увидела, что он загибается от смеха. Апофеозом всего этого представления стала панамка, которую я на себя нацепила. Тут уж от смеха лежал весь магазин: и продавцы, и покупатели. Нисколько не смутившись, однако, сообразив, что сегодня я все-таки не в состоянии совершить ответственную покупку более-менее приличной шапки, я распрощалась с любезным продавцом, который никак не хотел меня отпускать, и отправилась за съестными припасами. По дороге я встретила свою школьную подругу, и мы, весело болтая, дошли до магазина. Подойдя к прилавку, я попросила продавщицу:

- "Будьте любезны, дайте мне, пожалуйста, банку тушенки, банку сгущенки и бутылку водки!"

Поймав на себе изумленные взгляды подруги и продавщицы, я принялась объяснять, что данный набор туриста просто необходим в пещерах, куда я иду в день своего рождения. Для пущей весомости своих слов я выложила на прилавок налобный фонарик, собираясь его надеть в целях демонстрации. Однако школьная подруга взяла меня под руку и вывела из магазина со словами:

- "Пойдем скорее отсюда, пока нас не забрали!"

Вот так не совсем удачно закончилась моя попытка посвятить окружающих людей в тонкости пещерной жизни.

Покидав вещи в огромный рюкзак, который я, опять таки по совету Караваныча, успела приобрести со времени моего первого похода под землю, я отправилась на встречу с остальными участниками предстоящего похождения. Нас опять было четверо, но состав немного изменился. Теперь наша команда состояла из Караваныча, Шуринского, меня и... Зайки! Когда я увидела Зайку с рюкзачком в форме колобка, смиренно сидевшую подле Караваныча, поджидая меня, я радостно подумала:

- "Как хорошо, что не перевелись еще сумасшедшие (в хорошем женском смысле слова), кроме меня!"

Зарядившись по дороге значительным количеством пива, мы вновь оказались у начала длинной дороги, ведущей в сторону пещер. Без приключений добравшись до уже знакомой поэтичной речушки, мы поняли, что вдоль нее нам теперь не пройти, так как сошедший местами снег позволил воде близкой подойти к нижней части склона, лишая нас возможности продвигаться вдоль берега. Вспомнив перипетии прошлого похождения и, в частности, неудавшуюся попытку искупаться в холодной воде, я облегченно вздохнула, радуясь, что хотя бы одним препятствием теперь будет меньше. Пять минут спустя я глубоко пожалела об этом. Такого не ожидал никто! Единственным возможным путем к пещерам являлись обледенелые склоны, по которым нам предстояло карабкаться. Так как цепляться было практически не за что, мы постоянно срывались и с дикой скоростью скатывались вниз. Это было похоже на скоростной спуск на лыжах, где вместо лыж были наши ботинки, а вместо флажков, которые надо объезжать - деревья. Особенно хорошо спускаться получалось у нас с Зайкой. Говорят, новичкам везет!

Наконец, с горем пополам мы добрались до заветного входа в пещеру. Вытряхнув из рюкзаков спецодежду, мы начали переодеваться, при этом, из рюкзака Караваныча выкатились и весело запрыгали по мерзлому грунту по направлению к входу пельмени, припасенные на ужин. Однако ловкость и безмерная любовь Караваныча к пельменям не дали последним скатиться в бездну пещер. Все они до одного были пойманы, бережно обтерты и вновь уложены в рюкзак.

Спуск к журналу прошел нормально. Теперь в журнале уже рядом с Зайкиным ником нарисовался безумный чайничек. Мы вновь остановились в гроте "Кошкин дом", недалеко от моей любимой елки. Так как до места мы добрались в 2 часа ночи, предложение Караваныча о приготовлении ужина было встречено на "ура".

Вскипятив на примусе воду, Караваныч покидал в котелок те самые пельмени, которые у входа в пещеру хотели вырваться на свободу, так как их, наверное, не очень прельщала перспектива быть съеденными на ужин. В связи с тем, что к этому времени мы с Зайкой уже наполовину опустошили бутылку красного вина, на действия Караваныча по приготовлению ужина мы просто закрыли глаза, радостно поджидая, когда же пельмени дойдут до необходимой кондиции. Но вот, вооружившись ложками, мы приготовились вылавливать пельмени из котелка, причем Караваныч зорко следил за тем, чтобы ни один пельмень не попал мимо рта. Упс! В какой-то момент моя рука дрогнула, и пельмень с ложки смачно плюхнулся к моим ногам. На мое счастье Караваныч в эту минуту отвлекся, и это "преступление" мне благополучно сошло с рук. Заговорщически переглянувшись с Зайкой, мы продолжили трапезу. Через 5 минут второй пельмень, опять не замеченный Караванычем, полетел вслед за первым. Давясь от смеха, мы с Зайкой пытались сделать вид, что ничего не произошло. Но когда третий пельмень оказался рядом с двумя предыдущими, нас с Зайкой прорвало! В течение 10 минут мы с Зайкой просто закатывались от смеха, в то время как ни Караваныч, ни Шуринский не могли понять причину, по их мнению, беспредметного безудержного веселья. Списав все на выпитое нами вино, ребята продолжили свою беседу. Нас же с Зайкой продолжали мучить приступы взрывного хохота. Доев оставшиеся "прыгучие" пельмени, мы отправились спать.

В 9 часов утра над ухом пронзительно громко зазвенел Каравановский будильник. Вот и наступило утро нового дня - дня моего рождения. Так хотелось еще поспать, а будильник все звонил и звонил, и все делали вид, что крепко спят. Лентяи! Так как им всем было лень приподняться и двинуть по будильнику, чтобы он заткнулся, я решила взять это неблагодарное занятие на себя. Даже в день рождения никто не может сделать такое маленькое одолжение - дать поспать! Естественно, что никто и не собирался так рано вставать! Однако вчерашнее вино и "прыгучие" пельмени давали о себе знать, в связи с чем моя голова как-то заметно потяжелела. Решив развеяться, я спустилась с верхней части грота, где находилась наша спальня, и оказалась в "столовой", где на земле предательски лежали три пельменя. Тут послышались голоса, по стенам запрыгали лучики света, и в нашу обитель степенно вошла огромная собака. Обнюхав своим большим носом все вокруг, в том числе и меня, вжавшуюся в стенку и замершую от удивления, ловким движением языка собака слизнула с земли "свободолюбивые" пельмени, тем самым уничтожив доказательства моего кухонного "преступления". Вслед за собакой в грот вошла ее хозяйка, из слов которой я поняла, что данный пес н единственный в пещерах. Через пару минут эта удивительная компания покинула наше убежище, отправившись искать приют в другом месте.

Обрадованная удачным стечением обстоятельств, я вновь отправилась наверх к моей спящей компании, которая соизволила окончательно пробудиться от сна только в начале первого. Караваныч, который вновь взял на себя роль шеф-повара, решил на этот раз угостить нас своим фирменным блюдом - кукурузно-грибным супом. Нам втроем ничего не оставалось делать, как окружить примус и наблюдать за магическими действиями Караваныча. Сначала в мини-сковородке было пожарено сало с луком, причем в какой-то момент сковородка накренилась, и часть ее содержимого вывалилось на землю. Однако домовитый Карваныч не растерялся и, руководствуясь принципом "Не поваляешь, не поешь", быстренько ложкой уложил все рассыпавшееся сало с луком обратно в посудину. Уже тогда, переглянувшись, мы с Зайкой по молчаливому согласию решили, что это фирменное блюдо обойдет нас стороной. Когда  в котелке закипела вода, Караваныч высыпал туда пакетик грибного порошка и полбанки консервированной кукурузы. Посмотрев на наши кислые физиономии, Караваныч от души рассмеялся и принялся, активно жестикулируя, рассуждать об особенностях пещерной кухни. Одно неловкое движение... и котелок с Каравановским варевом падает с примуса! Все содержимое котелка оказалось на земле. Особенно живописно на темном фоне выделялись желтенькие зернышки кукурузы. Ни минуты не сомневаясь в том, что сейчас Караваныч схватит ложку и начнет собирать кукурузу обратно в котелок, мы с Зайкой невольно поморщились. В первую секунду Караваныч, наверное, подумал о том же самом, однако вспомнив об оставшейся в банке кукурузе, решил начать все сначала - приготовить кукурузный суп N 2. Убедившись в наличии у Караваныча проблесков здравого разума, мы с Зайкой облегченно вздохнули. Воды для супа осталось очень мало: всего лишь полкотелка - но Караваныча это не смутило, и, когда она закипела, он опять высыпал туда грибной порошок, чем-то смахивавший на мышьяк, оставшуюся кукурузу, макароны и сало с луком.

Оставив Караваныча наедине со своим месивом, Шуринский, Зайка и я отправились за водой к ближайшему водокапу. На обратном пути, вылезая из очередного проема, мы услышали зычное пение Караваныча, которое разносилось по закоулкам пещер, отскакивая эхом от стен и безошибочно указывая нам верную дорогу. Войдя в наш грот, мы увидели довольного Караваныча, поедающего свое блюдо, которое из-за недостатка воды превратилось в кашу. Все это запивалось определенным количеством огненной воды. На предложение Караваныча присоединиться к трапезе, мы все втроем отказались, сославшись на отсутствие аппетита. Однако Караваныч быстро себе нашел компанию в лице девушки Оли, в одиночку прибывшей на week-end в пещеры. Как гостеприимный хозяин, Караваныч с радостью предложил Оле отхлебнуть из котелка, на что сразу же получил согласие.

После "сытного" обеда мы уже впятером отправились в небезызвестный грот Пьяного барабанщика. В дороге, опираясь на сусанинский талант Караваныча, усугубленный огненной водой, мы немного заплутали, но, благодаря Оле, вскоре добрались до цели. Присев отдохнуть на выступы в стене, мы смогли насладиться мужским стриптизом, исполненным Караванычем в полумраке грота под звук падающих и ударяющихся о консервные банки капель воды. Подойдя к самой глубокой луже, Караваныч начал раздеваться. Сначала он расстегнул пуговицы на спецовке. Небрежно откинув ее от себя, Караваныч отстегнул верхнюю часть комбинезона, стянул с себя водолазку и... Ах, продолжения не последовало! Оставшись с обнаженным торсом, Караваныч начал плескаться в луже, издавая нечленораздельные звуки радости. Вдоволь насладившись этим занятием, он принялся натягивать на себя одежду, однако, данная процедура нас с Зайкой уже не интересовала. Мы принялись болтать о разных вещах и вдруг выяснили, что живем в одном районе и учимся в одном институте. Обьятиям не было конца! Можно сказать, что произошла своеобразная "встреча на Эльбе"! Надо же было забраться в недра земли, чтобы узнать такие подробности друг о друге!

Из грота Пьяного барабанщика мы отправились на Остров сокровищ, который с помощью Оли найти не представляло никакого труда. В центре этого грота находился созданный человеческими руками земляной город, начиненный пластмассовыми людьми, машинками, самолетами и тому подобной разнообразной всячиной. Над городом был даже подвешен искусственный спутник земли. Мы как зачарованные внимательно осматривали каждую деталь этого городка, пытаясь ничего не сломать. Вдоволь насмотревшись на это еще одно пещерное чудо, мы решили немного передохнуть: кто-то прислонился к стене, а кто-то залег прямо на землю. Мы выключили фонарики, и все погрузилось в сплошной мрак. Каждый думал о чем-то своем. Минут через 10 мы собрались отправиться в обратный путь и только тут обнаружили, что Караваныч мирно посапывает, обняв какую-то глыбину. Все мои попытки растолкать и привести его в чувство не увенчались успехом. В ответ на свои действия я услышала непонятное бормотание.А когда Зайка в шутку пригрозила Караванычу, что сейчас она наступит ему на самое интимное место, Караваныч гордо заявил, что пока у мужчины есть язык и руки, его нельзя считать импотентом, и, перевернувшись на другой бок, снова засопел. Видимо, возомнив себя одним из пещерных сокровищ, Караваныч намеревался остаться в гроте. Тогда за дело взялся Шуринский. Вооружившись своим увесистым фонариком, он грозно придвинулся к Караванычу и пару раз приложил фонарь к его хребтине, после чего Караванычу ничего не оставалось, как подняться и отправиться вместе с нами. Однако всю дорогу нам пришлось подгонять Караваныча пинками, так как время от времени он пытался заснуть в одном из штреков. Так мы добрались до нашего грота, где, приняв пищу, все вновь отправились на боковую.

Оставшись одна, навещаемая иногда резвой летучей мышью, я принялась рассуждать о различных проблемах: смысле жизни, ситуации в Ираке, мировом нефтяном кризисе, превратностях судьбы, устройстве примуса, максимальной скорости полета летучей мыши и т.п. Когда пришло время "сматывать удочки", все, кроме Караваныча, оперативно запихнули спальники в рюкзаки, приготовившись к выброске. Теперь перед нами стояла, вернее лежала, одна проблема: разбудить Караваныча и вытащить его наружу. Собрав все свои силы, мы по очереди пихали, пинали, трясли и толкали это тело, но только Шуринскому удалось поставить его на ноги. Шатаясь во все стороны, Караванычу все-таки удалось уложить свои вещи в рюкзак, и мы отправились на поверхность, где теперь нам предстояло спуститься по крутому обледенелому склону. Не долго думая, Караваныч с Шуринским уселись верхом на свои рюкзаки и вихрем скатились вниз. Переглянувшись друг с другом, мы с Зайкой поняли, что нас ждет такая же участь. Однако Зайкин круглый рюкзак для этого мероприятия никак не подходил, поэтому он скатился с горы в полном одиночестве. Вдвоем забравшись на мой рюкзак и посильнее оттолкнувшись, мы с Зайкой с дикими воплями понеслись вниз. Да, это уже был настоящий бобслей, который затем продолжился уже известным скоростным спуском на ногах по поверхности склонов, по которым мы пытались выбраться на нормальную дорогу. После всего этого мне остается только внести предложение включить нас с Зайкой в олимпийскую команду по двоеборью: скоростной спуск - бобслей. Я уверена на все 100% и думаю, Зайка меня поддержит, что с такой подготовкой все "золото" будет в наших руках!

Кое-как добравшись до станции и промерзнув около часа в ожидании электрички, мы наконец оказались в теплом метро. Выйдя на своей станции в начале второго ночи, я поняла, что опоздала на последний автобус, курсирующий в направлении моего микрорайона. Так как денег на машину у меня не было, да и вряд ли кто-нибудь из частников согласился бы везти меня, такую грязную и огроменным рюкзаком за плечами, мне оставалось только рассчитывать на пешкарус.

"Ну что ж, приключения продолжаются!" - подумала я, прикидывая, что до моего дома шагать около часа.

Надев поудобнее рюкзак, я перешла дорогу и хотела было начать свой путь, как вдруг увидела, что в мою сторону собирается заворачивать "КАМАЗ". Быстренько оценив свои шансы, которые, по всей вероятности, стремительно приближались к нулю, так как ни "Фанты", ни "Head and Shoulders" у меня при себе не было, я все-таки подняла руку с отогнутым большим пальцем и попыталась изобразить на своем лице нечто наподобие улыбки. Не знаю, на что повелся водитель "КАМАЗа", но, повернув, эта громадина затормозила. Водитель - приятный мужчина средних лет - согласился подбросить меня в строну дома, что составляло половину всего пути. Забравшись в кабину "КАМАЗа" и втянув туда свою кладь, я принялась весело повествовать о своих подземных приключениях. За время нашего знакомства, проникнувшись ко мне всей душой, водитель предложил подождать его в кабине полтора часа, пока он будет гулять на свадьбе друга, а потом подвезти меня до самого дома. Но я, поблагодарив его за любезность, ответила, что люблю на сон грядущий дышать свежим воздухом, поэтому оставшуюся часть пути намерена пройти пешком. Шагнув на обочину проезжей дороги, по обеим сторонам которой простирался лес, я бодренько зашагала вперед. Видимо, девушка с огромным рюкзаком за плечами около двух часов ночи на дороге представляла собой необычное видение, поэтому все время, пока я шла, меня провожали сигнальными гудками удивленные водители. Это было даже приятно. Создавалось впечатление, что меня сопровождает эскорт.

Минут через 30 я была уже дома. Мои домашние уже спали. На столе меня ждал букет роз, подарок, коробка конфет и записка "С Днем рождения!" Только тут я вспомнила об этом знаменательном событии в моей жизни. Опустошив коробку конфет, мысленно поздравляя себя с прошедшим праздником, я поняла, что это самый необыкновенный день рождения в моей жизни, и отправилась спать, ведь наставал уже новый день.