Дети подземелья

(Не путать с короленковскими)

Дело было зимой. Было холодно, но снега , как ни странно, не было. Я тогда еще работал с Андерсоном. Это мой старый дачный друг. Теперь мы работаем в разных конторах, но дело было еще тогда. Приносит как-то на работу Андерсон фотографии и говорит: "Саша, я тут в пещерах был, вот посмотри!" - и показывает мне фотки, да еще сопровождает это все удивительным рассказом. Про лабиринты подземелья ведает и карточки фотографические показывает. Послушал я его, посмотрел кадры и загорелось мне в пещеры эти сходить.

- Андерсон, - говорю - возьми меня с собой!

- Ладно, только я раньше ухожу и потому встречу тебя там. Либо у входа, либо на журнале.

- А что это за журнал? - спрашиваю.

- Это, где записываются все приходящие и уходящие или сообщение какое оставить другим можно, -отвечает.

На том и порешили. Андер мне карту накидал, как до входа добраться. Большая карта вышла, знатная! Сразу и не разберешь.

Андерсон ушел в пятницу вечером. Я собираюсь в субботу с утра.

Суббота. Ранее утро. Погода замечательная. Я еду в электричке с другом, с Сашкой, я его вчера подбил на приключения, и виды пещер себе в уме рисую. Так это хорошо у меня получается, красочно.

Прибыли на нужную станцию. Высадились. Достал я схему Андерсона, тут то все и началось.

Карта оказалась без масштабной. Сантиметровые участки выливались километрами, пустые места - деревнями, но, благодаря отдельным ориентирам, то как : винный ларек, магазин, где надо купить свечи, плотина - мы кое-как прошагали две трети пути. Там кончался первый лист схемы и начинался второй. То ли Андерсон указал не туда, то ли я его не так понял, но повернули мы в другую сторону. Прошлепали лишний час, однако, по счастливому стечению обстоятельств, попали на нужное нам место, лишь петлю здоровенную сделали. Повезло, можно сказать.

Андерсон, как и договорились, ждал нас у входа. Глянув на него, я обомлел. Куски грязи можно было отколупывать от него ногтем, но вид был вполне довольный, счастливый, можно даже сказать.

Подошли к входу. Тут только я понял, что безвозвратно ошибся. Разворачиваться было поздно, в игру вступило чувство собственного достоинства. Вместо сказочного входа, как в сказке "Али-ба-ба и сорок разбойников", который я представлял, трясясь в электричке, я увидел даже не кроличью нору из "Винни-пуха", а какой-то червячий лаз под огромный камень, нависший над оврагом. А, когда моя голова оказалась под этой самой глыбой, и впереди открылось продолжение этой норы, в которой нельзя не то что развернуться, но и сделать лишнее движение, я уже забыл, что пузом лежу в "грязевой ванне". "Это конец всему!" - неслось в голове. Не помня себя, мы доползли до журнала. Журнал - это грязная помятая тетрадка, та, что 95 копеек раньше стоила, с записями примерно такого характера:

" 12.12.97 Залетел Лопата и Свин. Привет Кисели ",

" 12/XII.97 Залетели 7 чайников из Пушкина. Есть водка, нужен хороший проводник ",

" Сон, лети в Теремок, мы тебя ждем ".

Позже появится следующая строчка, которая мне очень нравится:

" КараванOFF, бери девчонок и водку и шлепай в Авось. Сон. ", - но это будет много позже. А сейчас я испытал очередной крах своих воображений.

Андерсон повел нас в грот, где он уже стоял. Надо заметить, что свод приподнялся, и можно было идти полусогнутым.

Дорога оказалась не из ближних по пещерным меркам. После третьего поворота я уже не помнил, откуда пришел, а когда пошел второй десяток, то потерял всякую надежду выйти отсюда. То в полный рост, то на четвереньках, то ползком, но уже по сухому и пыльному грунту, мы добрались до грота. Назывался он "Эрмитаж". Почему - не знаю до сих пор. Здесь впервые за весь маршрут я испытал умиротворение и расслабился. Приготовили обед. Поев и выпив горячего чая, а окружающая температура, надо сказать, около +7-ми °C круглый год, я полностью расслабился. В ознакомительное путешествие тронулся, почти ничего не боясь. Пещеры - это не совсем так, не очень правильно. Это скорее заброшенные каменоломни. Здесь брали камень, когда строили Москву Белокаменную. Теперь это давно заброшенные разработки - стихия ищущих приключений. Время сильно изменило облик, когда-то рабочих штреков. Они превратились в замытые ходы, по которым приходилось ползать, чиркая попой об потолок. Основная масса окружающих нас стен - природный камень, но есть и сделанные человеком. Когда-то большие залы, разбили кладками на штреки и теперь получился огромный лабиринт, очень отдаленно напоминающий лабиринты гробницы фараона из фильма. На стенах встречались различные знаки, стрелки, указывающие в никуда, черточки, каракули. Но тогда я не умел по ним ориентироваться и сильно изумлялся, когда Андерсон уверенно сворачивал непонятно куда. Еще большее изумление постигло меня, когда мы все же вернулись обратно в грот. Мне было совершенно не понятно, как это произошло. После этого путешествия, моя шевелюра набилась мелким камнем и несносно чесалась. Подошва у ботинок отошла на половину и чавкала.

Время пролетело не заметно. Пора было уходить домой, а не хотелось. Андерсон оставался там на ночь. Опять какими-то тайными для меня ходами, он довел нас до выхода. Мы чиркнули в журнале о нашей "выброске". Пожелали всем удачи, уж так здесь заведено. Хоть народ сюда ходит странный, специфический, если не сказать большего, но свои законы и традиции уважает.

Сквозь нору и чачу, хлюпающую и чавкающую, мы выползли на свежий воздух. Теперь, нас не отличишь от Андерсона, которого мы встретили с утра. Такие же грязные и безумно довольные. Испытывая постоянно страх и побеждая его, увидев столько нового и необычного, даже если и не захочешь, все равно улыбнешься, вспомнив пережитое.

Так у меня родилась страсть к подземным похождениям, от чего Вас и предупреждаю.

P.S. В последующем я увидел и узнал много нового и не менее интересного, но самый первый раз остался неизгладимым следом лежать в моей памяти. Теперь, водить в подземелье кого-либо, стало одним из наиболее приятных моментов. Когда видишь, как он или она меняются в лице, видя ту самую глыбу и ту самую нору, то поневоле улыбаешься, вспоминая свой первый раз.